• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
11:45 

Память ворона

В знойной Антиве не бывает суровой зимы, не бывает там и снега, даже заморозки так редки, что в этой благословенной стране можно выращивать самые сочные фрукты и самые благоуханные сады. Но, несмотря на теплый климат, здесь частыми гостями бывают затяжные грозы и ливневые дожди. Вот и в этот весенний вечер шел проливной дождь, лил он с утра, и невозможно было дождаться, когда он закончится. За окном был сплошной туманный ландшафт и серые тучи. Но, пожалуй, не это расстраивало меня (ведь какие пустяки мокрое небо!), а, скорее, смутное ожидание каких-то грядущих неприятных событий в моей судьбе.


С самого утра опекуны наряжали меня, как куклу, надели нарядное платьице, повязали бантики и туго заплели мои черные волосы. А тетка Элоиза даже не пожалела пудры из своих запасов, и сделала из моих щек подобие румяных сдобных булок, предмет особой гордости знаменитых пекарен Антивы. Вот только попробовать эту сдобу мне пока не довелось...
Ни сидеть, ни бегать в таком виде мне не позволялось, только тихо стоять у стенки и пялиться на унылый и надоевший пейзаж за окошком.
- Смотри, девочка! Тебе надо понравиться тому господину, что придет сегодня! Он хочет взять тебя в большую и дружную семью. Я уверена, тебе там будет лучше...- Когда тетка говорила эти слова, ее лицо делалось похожим на большую тыкву, которая, казалось, лопнет, если ее хорошенько ткнуть пальцем. Мне не нравилось смотреть на такое безобразие, и я отвернулась. Она же сделала вид, что не видит моих недовольных гримас, и продолжила наставлять:
- А если тебе что не понравится, то ты не скаль зубы, не передразнивай, как ты умеешь, а вежливо улыбнись и попроси прощения, даже если не виновата. Тем более, что, если тебе встретятся добрые люди, то они наверняка пожалеют такую крошку. Запомни раз и навсегда, ласковые дети имеют больше шансов получить свой кусок сладкого пирога, а такие бунтари, как ты, получают только тычки и затрещины. Поняла?
...У меня не было родителей, а тетка Элоиза с мужем, взявшие меня на воспитание в возрасте семи лет, так и не стали мне близки. Эта семья хотела лишь решить свои материальные проблемы при помощи миленькой крошки- эльфа из приюта. Каким образом? Я этого не знала, и знать не хотела.
...Раздался стук в дверь, и Элоиза побежала открывать, подобрав свои юбки как можно выше. Чтоб она споткнулась и сломала свою жирную шею! Вон как спешит избавиться от меня! Интересно, а куда же они отдадут маленькую сироту? Надеюсь, не в бордель, и не к извращенному старику, якобы на воспитание? Вроде бы они обещали отдать меня в хорошую семью...Чем я их опять не устроила? Почему они спешат отделаться от меня?
- А вот и вы! А мы вас ждали! Проходите, проходите! - Закудахтала тетка, - Девочка просто высший сорт, и умна, и красива, как все эльфы, мы специально старались для такого случая! Ведь репутация вашей организации всем известна!
Плохо дело. Мне не пришлись по вкусу слова Элоизы насчет красоты и прочих талантов. Что это вообще значит? Неужели моя дорога- в дом терпимости? Там-то я точно долго не протяну. Выходит, опекуны знали, на что идут? Не хочу быть проституткой! Это ужасный жребий! Но кто спросит мнение ребенка-эльфа?
- А она не больна? -раздался глухой голос незнакомца.
- Да она просто сама земная дочка Андрасте! Хе-хе! Если б у нее была дочка от эльфа! - Сдавленно похихикала женщина - А вы сами поглядите, девочка в соседней комнате...
Она распахнула двери в комнату, и моим глазам предстал тот самый таинственный господин. Он оказался высоким и смуглым, лицо пересекал уродующий щеку шрам, похожий на след от ножа, черные пронзительные глаза на миг остановились на мне, и он кивнул:
- Пойдет.
Так началась новая строка в моей жизни. Всю дорогу от опекунов я ехала и помалкивала, размышляя, куда же меня везут? Конечно, никто и не соизволил объяснить, в чем вся соль, но все же везут не в публичный дом, чего я так опасалась. Да и этот мужчина не выглядит как сутенер, что-то не то в его внешности, и повадки у этого господина больно мягкие и плавные, как у хищной птицы.
Когда мы приехали на место назначения, оказавшееся большим серым домом, меня отвели в одну из комнат на втором этаже. Дом был, конечно же, жилым, но вот обитателей его я не видела. Оглядеться и разнюхать обстановку не удалось, слишком резво толкал в спину смуглый хищник. Вот я очутилась в небольшом помещении, знававшем ранее лучшие времена, оборудованном... под спальню, что ли?
В комнатке никого не было, кроме худого мальчишки, горько плачущего на кровати. По острым ушам я поняла, что это- эльф, и куда младше меня.
" Чего он ноет?"- рассердилась я - "Слезами не повернешь ситуацию вспять, а только взбесишь наших загадочных хозяев. "
Ой, а что на нем одето-то! Невероятные голубые штаны с кружевами! Вот смех! Только вот великоваты были они ему на пару размеров, отчего мальчишка казался еще худее, чем был на самом деле.
Пока я разглядывала парня, дверь скрипнула, и в комнату ввалился человеческий мальчик, который выглядел очень наглым и пухлым. Маленькие черные глазки колюче смотрели из-под насупленных бровей. Мы сразу почувствовали друг к другу неприязнь.
Выпрямившись во весь рост, он изучил обстановку и пробурчал:- Эй, вы, там... Остроухие! Уважать и бояться! Я сын... известного человека... графа...
Он явно стремился произвести впечатление, но не тут-то было! Такими фокусами вряд ли напугаешь даже слепого котенка, и наверняка он говорит неправду. Скорее всего, этот храбрец- отпрыск не графа, а какого-нибудь бедняка, продавшего своего десятого сына.
- Врешь ты все, толстяк! Ты нищий, и толкуешь, как нищий! Если ты - сын известной личности, с чего ты тут оказался?
- Я?... Ну... Смотреть за вами взялся...- Наконец-то нашелся он с ответом - И показать, кто тут хозяин! Ты!- Он направился к замершему парнишке - Быстро почисть мне туфли...
- Ты эти огрызки туфлями называешь?- Мне стало очень смешно, его обувь напоминала два кирпича, до того она была заляпана и грязна.
- А ты, дерзкая, будешь мною побита! Я тебе... - Он угрожающе направился ко мне. Но мою персону было трудно напугать, и, не дожидаясь атаки, я изо всей силы пнула его в пах.
- Уууу....ААаааа...-Противный подросток не мог вымолвить и слова от боли. Помучившись немного, он выдавил из себя: - Ах ты...- И запищал тоненьким голосочком, точно какая-то бабенка.
Маленький эльф наблюдал за происходящим, видимо, ему нравилось то, как проучили жиртреста. Но сказать что-то не успел, за дверью раздались мягкие шаги: - Что здесь происходит?- К нам на огонек зашел тот самый тип со шрамом.
- Она меня пнула... Ударила! Накажите ее...
Оплеуха была ему ответом, да такой силы, что он покатился по полу как мячик.- Сопляк, знай, что Вороны не терпят таких как ты... Если ты попадешься врагу, то так же настучишь о своей миссии? Хотя я сомневаюсь, что ты доживешь до Посвящения. В тебе нет силы духа... Драться потом будете, а сейчас отдыхайте.
Мы молчали, не зная, что и сказать на такое, неужели мы теперь принадлежим гильдии убийц? Наш наставник развеял последние сомнения:
- Теперь, молодняк, вы - юные птенцы, родителей тут нет, и никто с вами нянькаться не будет... Это гильдия Антиванских Воронов. Либо ты убьешь, либо тебя. Утром вам огласят весь список правил и запретов, а пока вас все же покормят и дадут другую одежду. Ваша никуда не годится... Он посмотрел на голубые штаны эльфа и мое нарядное платье, толстяка же не удостоил и взглядом.
- Постойте, а мы тут надолго?- Спросила я, когда он уже собрался уходить.
Короткий ответ хлестнул по ушам:- Навсегда. Пока не помрете. После этих слов наступила траурная тишина, мы словно заранее поминали и хоронили самих себя. Вскоре тишину прервало вновь начавшееся кряхтение толстяка. Посмотрев на свой глупый маскарад, я сняла все эти дурацкие банты и кинула их на кровать. Мне очень хотелось порвать платье, но, во-первых, тут два мальчика, а во-вторых, не буду же я полуголая перед ними щеголять.
Толстый парень стащил свои поношенные штаны и натянул новые. Покрутившись и так и эдак, обиженно засопел : - Маловаты...
Мое платье раздражало меня все больше и больше, но как бы его снять? Тут даже спрятаться негде. Пока я соображала, что делать, вкрадчивый голосок предложил:
- Не можешь снять? Могу помочь.
Я испепелила наглеца грозным взглядом , ишь ты, молчал, молчал, а тут проснулся! И пробурчала в ответ:- Не надо. Сама сниму.
- Не лезет, не лезет! Все какое-то маленькое! Тоже мне, самая дорогая организация в мире... - Бубнил "сын влиятельного графа"- Уроды!
- А ты похудей вначале, представляешь, какая экономия будет? - Усмехнулась я, и прикинула шансы на побег отсюда.
- Пошла... - Огрызнулся мой противник и уткнулся в стенку, словно там было что-то интересное. Тягучее молчание нарушил маленький эльф:
- Может, желаете познакомиться? Меня Зевран зовут.
- Тут желающих нет. - Разговаривать было неохота, но отношения завести стоило. - Но так и быть, плакса, скажу. Нарекли меня Ринной.
Зевран не обиделся, а миролюбиво заметил:- А я не плакса. Просто меня высекли перед тем, как сюда отправить. Никак не хотел уходить, вцепился в диван и чуть с ним не уехал. Пришлось им выпороть меня. - Он гордо выпятил худую грудь- Конечно, было больно, но прошло.
Толстяк ничего не сказал, он продолжал яростно колупать стенку ногтями . Ну и пусть сидит, глядишь, чего надумает?
- А откуда ты, Зевран? - Я продолжала изучать помещение, как собака, принюхиваясь и присматриваясь, должна же быть какая-то лазейка отсюда. Или отсюда и вправду не убежишь?
Зевран же продолжал- Из борделя. Там я жил до этого дня. Кормили там вкусно, и было там спокойно. Только поколачивали иногда, стоило пирожок украсть или сломать что-то...И вот меня продали сюда...- На его лицо набежала тень и он умолк.
- Понятно... - Я едва не заскулила от разочарования , даже из окошка не вылезти, больно страшно. А внизу, видимо, охрана, и за дверью, скорее всего, тоже. Эту дубовую махину не выломаешь нашими слабосильными ручонками. В общем, вмиг поймают, и неизвестно что сотворят с беглецами.
Новоявленный дружок, увлеченно глазея на мои метания, поинтересовался:
- Чего ты ищешь?
Я хмыкнула:
- Свою совесть. Вижу, ее тут нет!

Решив, что бесполезно тратить время на эту болтовню, я села на кровать и задумалась над сложившейся ситуацией. Значит, пути назад нет, и придется нам рассчитывать только на самих себя. Все мои жалкие попытки вспомнить хоть что-то о гильдии убийц не увенчались успехом. В результате у меня разболелась голова, стали слипаться глаза, а когда я закрывала их, то передо мной вставал в воображении сегодняшний день. Дождь, грязная дорога с лужами, наемный убийца... Как же тут неуютно и жутко! Я крепко прижала локти к груди, съежилась, зарываясь головой в подушку, и прошептала сама себе:

- Все, спать! Я подумаю о произошедшем завтра...
Все мое тело наполнилось блаженной животной усталостью, и я погрузилась в сон...

На следующее утро был осмотр. Худой костистый лекарь велел нам раздеться донага, и, прогуливаясь вокруг нас, осматривал кожу, проверял зубы, заставлял поднимать руки. Кроме него, в комнате присутствовали еще трое человек. Один из них, седобородый старик, заплывший жиром, был главным, судя по тому, как подобострастно остальные ловили каждое его слово. Второй был тот самый смуглый наемник, а третий - совсем молодой парень с невыразительным курносым лицом. Он легко мог ввести в заблуждение своими ленивыми вальяжными движениями, но серые глаза цепко следили за окружающими.
Нашу компанию не желали пускать к остальным, прежде чем сделают предварительный осмотр на наличие вшей, чесотки и прочих заразных болезней. Но, скорее всего, нас просто хотели показать главарям гильдии во всей красе.
- Вы делаете мне больно! - Тонким голосом возмутился Зевран, - Прекратите! Я с содроганием смотрела на действия мужчины, который изо всех сил щипал мальчика за руки, а потом слегка шлепнул по лицу. Все господа молчали, словно так и надо, а лекарь насмешливо произнес:
- Лакомый кусочек! Такой худенький, но хорошенький! Потом всех вас научат уму-разуму, и этот осмотр ты будешь вспоминать как самое прекрасное событие в жизни... А пока - здоров! - Он пихнул Зева в спину. Обнаженные и униженные, мы стояли перед этими людьми, ощущая непомерный стыд и тревогу, а ожидание того, что же случится дальше, сдавливало от страха грудь. Тем временем нас осматривали, как лошадей при покупке, обсуждали, прикидывали наши шансы на выживание...
- Пара эльфов, один человек. Негусто, Лотарио.- Бородач пожал плечами, - Я надеялся, что ты постараешься получше. От них хоть будет толк? Лотарио поднялся с места и принялся убеждать:
- Я более чем уверен, стоит только подготовить благодатную почву, и из них что-нибудь да получится. А если они не погибнут в драках с "Птенцами", то могут стать Воронами. Ну а если их и прикончат, тоже невелика потеря, ведь никому не нужных детей просто сотнями можно покупать... Подумаешь, погибнет пара неудачников при естественном отборе, миру лучше будет.- Произнеся эту тираду, он снова сел и протянул руку за стаканом пива. - Что ж, я надеюсь, ты окажешься прав, а пока они не продержатся тут с хотя бы с годик, я и имен-то их знать не хочу.- Встав со своего кресла, господин направился к выходу, за ним следом вышел и полусонный тип, так и не вымолвивший ни единого слова.
Лекарь, дождавшись, когда все остальные выйдут из комнаты, проговорил, то и дело странно дергая левой половиной лица:
- Останьтесь вот такими... Не одевайтесь, я хочу потрогать вас... - Весь его облик напоминал уродливое болотное чудовище, то самое, про которое рассказывают, что оно пожирает маленьких детей, заманивая и убаюкивая их песнями. Вкрадчивый голос плавил кости:
- Хорошенькие детки! Вас никто теперь не обидит. Я дам вам конфет, игрушек... Поиграем? - Фенн, так звали нашего компаньона, недоверчиво спросил:
- А ты и вправду дашь? - Конечно, я ведь никогда никого не обманываю! Только пойдем со мной, мой мальчик, я тебя не обижу.- Он приблизился к нам и дотронулся до плеча Фенна тонкими белыми пальцами, словно приглашая принять участие в некой загадочной игре. И Фенн пошел, пошел как завороженный, покоренный чарующими предложениями этого монстра. Зевран не вытерпел и крикнул вслед голосом, полным безысходности:
- Стой, дурак! Ты знаешь, чего он от тебя хочет?! - Мальчишка обернулся и злобно ответил:
- Тебе просто завидно, вшивый эльф, что выбрали меня, а не тебя! Я пойду с ним, и он даст мне много денег и сладких конфет! Он поймет меня, а вы - нет! - Лекарь ничего не ответил, а только плотнее прижал Фенна к себе, уводя из комнаты. Перед самым уходом он вновь посмотрел на нас, и легкая усмешка тронула его губы. Болотный вампир победил, и аккуратно закрыл за собой двери. Зевран стоял, уставившись в одну точку, как оглушенный. Я подошла к нему и вздохнула:
- Теперь Фенна не остановишь... Это его путь, он сам понимает, что делает. - Тягостное молчание было мне ответом, оно длилось так долго, что я решила, будто Зевран обо мне вообще забыл, но неожиданно прозвучал вопрос: - Мы теперь рабы? Отсюда нет выхода? - Не в бровь, а в глаз, то же самое тревожило мою душу, но я гнала эти мысли, уговаривала себя, что это ерунда, можно сбежать, это недоразумение...
Да, Зев очень юн, но рассудил правильно. Он сделал верные выводы из происходящего, и теперь ждет, что скажу ему я. Но что я могу предложить? Жизнь ставила недетские задачи. Конечно, хотелось приукрасить, соврать, но губы сами вымолвили горький ответ:
- Похоже, да. - Кажется, Зевран не удивился, он лишь нахмурился сильнее.
Весь оставшийся день прошел в поучениях и смотрах, если можно так сказать. Нас, вместе с двумя десятками новобранцев (это я их так назвала), выстроили в ряд. Затем нам долго читали запреты и правила. Слушать все эти тягостные речи было очень утомительно, но, если мы собирались выжить, необходимо было пересилить себя, и запоминать наизусть, что нам разрешалось, что запрещалось... Запрещали Вороны многое, почти все.
Потом нам показали подвалы, где держали нарушителей правил, и камеры пыток, в которых мучили несчастных, признанных виновными в более серьезных проступках.
Особо запомнилась мне водяная тюрьма, или, как ее ласково называли, "Водянка". Представляла она собой тесное помещение, заполненное ледяной водой. Узкая кромка суши по краям позволяла пленнику вылезти и немного посидеть на голых камнях, но неизбежно приходилось возвращаться назад, в воду, чтобы не простыть до смерти. И тогда ледяная вода казалась просто райской купелью в сравнении с этим продуваемым местом. Но и дальше стоять по горло в воде было невыносимо, и опять несчастный узник лез на кромку, и, сидя на камнях, гробил свое здоровье..."Водянкой" наказывали за самые тяжкие преступления.
Вот такие впечатления оставил у нас первый день в Доме Воронов. Нет, нас не били, не морили голодом, даже не ругали, но ощущение того, что я нахожусь в тюрьме, не давало покоя и душило, словно кожаная удавка. Вечером, когда мы вернулись в свою комнату, я устало легла на свою койку и закрыла глаза. Не было желания разговаривать, хотелось просто тупо лежать без единой мысли в голове.
Мой беспокойный сосед то и дело ворочался, играя то ли в солдатиков, то ли еще в какую-то военную игру. Я раздраженно повернулась к нему и зашипела:
- Ты не можешь потише? - Зевран поднял на меня безмятежный взгляд своих необычных янтарных глаз и хихикнул: - Я тут играю в игру "Вороны против Волков", и Вороны проигрывают!
-Чем ты играешь? У тебя даже игрушек-то нет.

- Своими пальцами, - Нимало не смутившись, сообщил парень, - А если ты и свои добавишь, то будет великая сила! Давай, ты будешь главной волчицей, а я - волком, и вместе мы поборем этих глупых "Ворон"! - Вот еще! Мне только играть с тобой в пальцы не хватало! Вот появятся у тебя приличные игрушки, тогда и поговорим! -
Мне стало вдруг грустно, и вправду, ни игрушек, ни книжек, ничего нам не дали. Эльф вдруг соскочил со своей кровати и присел перед моей, симпатичная мордашка заглянула мне в лицо, и он положил свою ладошку на мое плечо:
- А может, вместе помечтаем? Как мы победим Воронов, или сбежим отсюда?
- Ты что совсем, что ли? Надо ведь вначале все обдумать, а не делать с бухты-барахты! Парнишка радостно улыбнулся:- Хорошо! И что же нам делать дальше? -
"Кто бы мне самой подсказал?",- мелькнула в голове мрачная мысль, но разочаровывать мальчика своей пустоголовостью не хотелось, и я доверительно сообщила:
-Не переживай! Солнце светит ярче после дождя! Придумаем!
- Можно, я тогда спать с тобой буду, Ринна? - Мило поинтересовался Зевран - Там, где я жил, я всегда с кем-то спал. Было так тепло! - Я чуть не упала с постели, неужели он в борделе нежился с кем-то? Не поняла, что он имеет в виду... Бедный ребенок!
- Мне нравится обнимать кого-то, когда я сплю, многие были так добры ко мне, особенно моя любезная Сая, прямо как мать родная! - Не дожидаясь моего ответа, он нырнул под одеяло, болтая при этом, как попугай: - Некоторые дяди выгоняли меня из постели Саи, но ничего, я потом всегда возвращался назад. Да ты не бойся! У тебя не будет детей оттого, что я сплю с тобой, я еще маленький для этого. Но вот когда подрастем, то вполне может случиться. - Кажется, он не понимал, что несет. С кем меня сталкивает судьба? За что такое наказание? Но на мое недоумение Зевран не реагировал, и продолжал бормотать сонным голосом, прижимаясь ко мне:
- Как тепло! Я так устал... Давай, мы теперь всегда вместе спать будем? Ведь так то лучше...- Обняв за талию, он уткнулся носом в мою шею и тихо засопел. Незаметно уснула и я. Проснулась под утро, когда пришел Фенн, еще более хмурый и неразговорчивый, чем обычно. В руках у него была большая коробка с какими-то лакомствами. Подозрительно поглядев на нас, он спрятал коробку под подушку и тяжело бухнулся на свою кровать. Я проводила его взглядом и вновь закрыла веки...

Шло время. Наши дни протекали в удивительном однообразии. Мы рано вставали, завтракали, а потом шли на тренировку. Нас заставляли бегать, прыгать, преодолевать различные препятствия, отжиматься и, конечно же, обучали навыкам владения самым разным оружием. Много внимания уделялось обучению искусству скрытности, технике взлома замков и проникновения в чужие дома. Но для убийцы было также необходимо умение лицедействовать, проявлять актерские таланты, и нередко Вороны прикидывались предсказателями судеб, бродячими фокусниками или менестрелями.
Было в ходу и искусство соблазнения, использование секса как оружия, но мы были слишком юны для такого, и это понимали даже наши бездушные наставники. Конечно, у нас будет сексуальное образование, но только тогда, когда мы станем постарше, а пока толку от нас мало. Несмотря на это, Зевран, надуваясь от гордости и какого-то щенячьего ликования, упорно твердил мне, что знает в этом деле толк, за что однажды чуть не получил по шапке.
Конечно, не все было так невинно, стоило вспомнить случай с Фенном... но он был старше нас, и пошел на это добровольно.
Наши наставники предоставили нам возможность самостоятельного выбора оружия. Я предпочитала пользоваться арбалетом: возможность научиться убивать врага, не дав ему к себе даже приблизиться, пришлась мне весьма по вкусу. Признаюсь, я отчаянно мазала, когда осваивала эту прелестную вещь, чем приводила в страшную ярость своих учителей. Но постепенно глаз становился метким, а рука приобретала необходимую силу и уверенность. Зевран же выбрал два клинка, довольно трудное для битвы сочетание, так как приходилось пользоваться левой и правой рукой одновременно.
Ну, и, наконец, лучшие мастера гильдии обучали нас самой тонкой и сложной составляющей профессии убийцы, а именно, искусству приготовления различных зелий, ядов и настоек. Мы учились изготавливать микстуры, изощреннейшие смазки для мечей и кинжалов, даже наркотики, на случай, если будет необходимость снять боль или мгновенно привести себя в чувство. Не были забыты и различные взрывчатые смеси, вроде бутылок с зажигательной жидкостью.
Наше время было заполнено до отказа, казалось бы, нет времени даже подумать о чем-либо лишний раз... Но отсутствие свободы угнетало душу, разъедало ее, как кислота железо. Самой же серьезной проблемой для меня стала не строжайшая дисциплина, не постоянный страх перед старшими, которые запросто могли выбить все зубы или сломать руку, нет...
Я боялась схваток с другими воспитанниками, которые, ради забавы, устраивали порой наши наставники. Эти схватки были безжалостны и бессмысленны, представляя собой что-то вроде боев без правил. А принцип был примерно такой: тебе дают маленький кинжал, или боевой серп (да-да, у Антиванских Воронов, бывало, орудием выступал боевой серп, но он предназначался совсем не для сбора урожая); и ты дерешься не на жизнь, а на смерть. До тех пор, пока кто-то из противников не превратится в сочащуюся кровью мясную котлету. Но можно обойтись и без лишней крови, если ты знаешь, как можно прикончить голыми руками. Бывало, устраивали просто борьбу на кулаках, без смертоубийства, но чаще всего наши хозяева желали видеть страдания и крики умирающих. И вот ты лежишь на каменной арене, истекаешь кровью, не можешь дышать от ран, и слышишь, как свистят твои легкие. Но не тяни руку в мольбе о помощи...не дождешься. Скорее всего, тебя прирежет твой более удачливый собрат.
Постепенно мы постигали азы нашей смертельной науки, и никто уже не удивлялся, видя смерть сплошь и рядом, сердце каменело, как глина в огне.
Зевран за это время очень вырос, его движения стали более уверенными, а глаза смотрели нагло и спокойно. А до чего нахально эльф лез по вечерам в мою постель, было не передать словами: ложился без спроса рядом со мной и храпел до утра. Никакими силами нельзя было его вытурить. Он больше не был похож на того ребенка, что прибыл сюда. Хотя ему частенько перепадало от остальных за мелкие грешки, он не падал духом, а наоборот, становился все веселее, и его дерзкий язык не раз приводил его к большим проблемам. Нам ежедневно приходилось с боем отстаивать свои права, и не раз я ходила в разорванной одежде, а Зевран пестрым от синяков, но мы не сдавались.
Фенн, так и не ставший нашим приятелем, отдалился еще сильнее. Вечерами он приходил поздно, и поедал сладости, что дарил ему Отто. Все его немногочисленные разговоры с нами сводились к любезному лекарю, в котором он души не чаял. Да и неинтересно с ним было, он только чавкал, смотрел пустыми сердитыми глазами, и никогда не делился подарками.
Однажды вечером Зевран шепотом сообщил мне, что у него есть страшная тайна, в которую меня надо срочно посвятить. Я фыркнула: не удивлюсь, если он покажет мне дохлую мышь, как он однажды уже сделал. Но эльф был необыкновенно серьезен, когда говорил про этот секрет. В конце концов, мы пошагали в нашу небольшую библиотеку, где хранились разные древние книги и манускрипты, по большому счету никому не нужные.
В помещении было пусто, мы подумали, что старик-библиотекарь Болт, наверное, напился ржаной водки и дрыхнет где-нибудь в углу.
- Вот. Хочу тебе показать. Эта вещь сохранилась еще с тех времен, когда я жил в публичном доме... - Глаза мальчика горели от возбуждения, а на смуглых щеках алел румянец - Смотри: все, что досталось мне на память от моей матери... - Он вынул из-за пазухи черные кожаные перчатки необыкновенной красоты: изящная вышивка, изображавшая бегущих по полю оленей, золотая нить...
- Ух, ты! Красивая вещь... - Я не удержалась и погладила мягкую кожу.
- Говорят, это работа долийских мастеров, но я в этом не уверен. Мне их отдали перед поездкой сюда... Я их хранил, и вот решил показать тебе... - Он запнулся, и на его лицо набежала тень печали:
- Мне говорили, что мать была долийкой, а отец - эльф-дровосек, с которым она сбежала из клана, но он умер от какой-то заразы, а мать попала в бордель, где тоже умерла, рожая меня...
Я посмотрела на него и грустно улыбнулась. Такой забавный парнишка с подбитым глазом и свежей ссадиной на щеке после вчерашней стычки... В тот момент он был похож на юного олененка, жадно ищущего свою мать, но нет, мать убита охотниками...Я вздрогнула, и улыбка моя угасла. Зевран с недоумением посмотрел на меня:
- Ты так красиво улыбалась! А теперь...
Противный голос нарушил очарование мгновения. Фенн.
- Я вижу, вы тут секретничаете, гадкие вонючие эльфы?! Книги воруете? Или поджечь что пытаетесь? - И он заорал, заорал подобно поросенку на скотобойне, - Воры!!!- Естественно, вмиг прибежали Лотарио и его рыжий помощник. Лотарио грозно сдвинул брови:
- Что вы тут делаете? Не пора ли на боковую, господа эльфы?
- Они тут творили всякие непотребства, уважаемый господин! - затараторил Фенн, тыча в нас пальцем. И чего-то прятали...
Лотарио быстро подошел к Зеврану и вырвал у него из рук перчатки. Заинтересованно вертя их в руках, произнес:
- Тебе говорили: никаких личных вещей! А ты, я вижу, туповат! Ну, что ж, я объясню тебе, что к чему! - Он с размаху ударил эльфа в нос, да так сильно, что кровь хлынула ручьем и залила всю рубашку. Зевран попытался зажать нос руками, но алая жидкость все равно сочилась между пальцев.
- Придется вас наказать! Вы, я думаю, уже подросли для схватки между рекрутами? Думаю, да! Поэтому завтра выйдете в бой! Слишком долго мы нянькались с вами, остроухие твари! Глядишь, завтра ушки-то и короче станут! - Он покосился на свой кулак и усмехнулся, а его помощник, загоготав, взял перчатки и спрятал их в карман. Напоследок он сообщил очень довольному доносчику: - А ты не радуйся, птенчик! Приказ и тебя касается! Завтра тоже пойдешь с ними, за "оградку"! - Полное лицо Фенна посерело и вытянулось как у старой лошади.
Когда, наконец, Лотарио с помощником ушли из библиотеки, я бросилась к Зеврану и попробовала остановить кровь: оторвав кусок ткани от своей рубашки, я заткнула ему нос.
- Зевран, пожалуйста, не надо дергаться! Запрокинь голову повыше...Вот так!
...Он плакал, плакал, как плачут только горько и несправедливо обиженные дети. Последняя ниточка, связывавшая его с матерью, оборвана... Слезы смешивались с кровью, но он даже не замечал этого. Худенькое тело сотрясалось от рыданий. "Мы ведь ничего плохого не сделали! За что?" - Я могла бесконечное количество раз задавать этот вопрос, но никто бы мне на него не ответил ...
Я медленно обернулась в сторону предателя, трусливо жавшегося к стенке. Вот он дергает ручку, в надежде уйти... но не тут-то было, заперто! Нас тут заперли!
- Ты сам себе подписал приговор, жирная свинья! Завтра я сама медленно убью тебя и буду любоваться твоими мучениями! Лизоблюд! Ты донес на нас! - Я старалась говорить как можно спокойнее, но мне это плохо удавалось, ярость заставляла задыхаться и терять стройную нить мыслей. Зевран подошел и положил руку мне на плечо, уже не плачущий, а тихий как призрак, только голос звучал как-то глухо:
- Ты, ублюдок, поговорим обо всем завтра на арене! - Он посмотрел на Фенна взглядом, от которого тот весь съежился, как листок бумаги над пламенем свечи. Зев отошел к окну и сел на корточки, обняв колени.
Мне удалось найти удобное местечко среди кипы древних книг, и я закрыла глаза, ощущая, как до меня постепенно снисходит тяжкое чуткое забытье. Мне виделись бледные неясные очертания лиц и предметов, но в то же время, я осознавала, что сплю, и даже бормотала себе: "Ведь это сон, мне это все только кажется...".Но карусель образов и странные беседы с ними не давали покоя всю ночь. Кто-то светлый и добрый слушал мои жалобы на произошедшее, и словно тихо вздыхал, сочувствуя нам в нашей незавидной участи. Только утешить не мог.
Да, жизнь коротка, противна и бедна, так какая разница, где погибать? На войне, на задании, или на арене, под равнодушные взоры хозяев твоей судьбы? - с этой мыслью я проснулась, хотя казалось, что я вовсе не спала, а только думала упорно и беспорядочно об этих вещах всю ночь . Наступило утро, и я порядком замерзла. Рядом сидел Зевран и задумчиво смотрел на меня. Неужели он бодрствовал всю ночь?
- Почему ты не спишь?
- Ты сильно кричала во сне, я не могу спать, когда рядом кто-то кричит...И еще, я хотел защитить тебя от него, - Он кивнул в темный угол, - Он тоже не спал, и собирался прикончить нас, когда мы потеряем бдительность, но я не дал ему это сделать. Сегодня я сам убью его. - Глаза эльфа словно запали глубоко внутрь, синие тени пролегли под ними. Он помог мне встать и вымолвил:
- Все уже встали. Это явно наш день.
Я взяла его руку в свою, к немалому его удивлению, и покрепче сжала:
- Пожалуй, ты прав...Покажем им, кто кого!
А за дверью, тем временем, послышался звон ключа, и через мгновение в дверном проеме появилась счастливая физиономия Лотарио:
- Ну, детишки, на выход! Надеюсь, что сегодня счастливый день! Я поставил на вас половину моего жалования! Не подведите!
Мы вышли вслед за Лотарио. Сегодня нам предстояло сдать самый трудный экзамен в нашей профессии.
-Что, страшно? Идите и приведите себя в порядок, а то на ваши грязные кислые рожи без слез не взглянешь! В общем, шагом марш, личики умывать! - Лотарио презрительно скривил губы, а рыжий парень, Нобен, внушительным басом поинтересовался:
- Что, в ванную?
- Да в какую ванную! Просто дай им рожи ополоснуть и воды хлебнуть. И хватит с них! А этот рябчик куда скрылся? - Он поискал глазами Фенна, - Тащи его сюда! - Помощник решительным шагом пошел в угол, где прятался Фенн, в напрасной надежде, что его не заметят. - А вот и наш поросеночек! Хотел смыться, да? - Ухмыльнулся Нобен, держа толстяка за шкирку.
- Если ты дозрел для забав с Отто, то и для хорошей встряски ты тоже дозрел!- Сказав это, он отшвырнул Фенна в сторону, словно паршивого щенка. Затем Нобен отвел нас в умывальную, а сам встал на страже у дверей. Он то и дело сплевывал сквозь зубы и наблюдал за каждым моим движением, буравя меня взглядом своих круглых глаз с бесцветными поросячьими ресницами.
Холодная вода взбодрила меня и придала сил, я вытерла лицо и шею мокрым полотенцем и вздохнула, продолжая ощущать совиный взгляд надсмотрщика.
- Чего ты там замерла? У тебя, между прочим, мало времени! - Весьма невежливо возвестил он - Да... жаль, что ты малявка, будь ты малость постарше... - И он плотоядно облизнулся.
"Чего ты пялишься, чучело конопатое?"
Зевран искоса взглянул на нас, и в его глазах вспыхнул огонек гнева, но он быстро отвернулся, чтобы Нобен не заметил. Лишний раз на рожон лезть не стоило. Пригладив волосы, он вопросительно посмотрел на меня:
- Ну, ты готова? - Да, еще никогда в жизни я так не хотела вцепиться в чью-то глотку! - Моя попытка храбриться вышла чересчур жалкой, но эльф кивнул.
-Вот и ладно! - Встрял рыжий, - А ты чего стоишь как статуя Андрасте? Уже помылся? - Он гневно обернулся к Фенну, который рассматривал свои руки.
- Да... - пролепетал толстяк и отошел от мойки.
- Тогда пошли скорее, время не ждет!
Мы вышли из комнатки и тронулись следом за Нобеном. Он насвистывал какую-то незатейливую мелодию, то и дело улыбался, настроение у него было выше всяких похвал, видимо, он хорошо выспался, вкусно позавтракал... Что касается нас, то никто и не думал предложить нам хотя бы кусочек хлеба. Да и если бы предложили, то я не стала бы есть. Кусок в горло не лез. Зевран шел рядом. Сейчас он выглядел получше, видимо помогли водные процедуры, но он все равно то и дело потирал покрасневшие веки.
Нобен привел нас во внутренний двор Главного замка. Мы знали, что именно в этом месте и происходят все "мероприятия", подобные нашему. Там имелись отличные лоджии, предназначенные для того, чтобы наши хозяева с удовольствием наблюдали за происходящим с комфортного возвышения.
Арена для боев, выложенная крепкими досками, была огорожена толстым канатом. Поэтому ее и называли "Оградкой", но вот только никому не хотелось попасть за эту "Оградку"... Попав на арену, ты можешь полагаться только на свою технику ведения боя и молиться всем богам об удаче, которая заключается в том, чтобы вынесли не тебя, а твоего соперника.
Утро неспешно вступало в свои права, и рассветное солнце едва золотило бездонное южное небо. Несмотря на ранний час, во дворе собралось немало народа. Были там и старшие ученики, почти выпускники, и наставники из Воронов, и главари гильдии, восседавшие на мягких креслах, и множество других любопытных, собравшихся полюбоваться на бесплатное зрелище.
Зрителям было все нипочем, они шумно переговаривались, смеялись, свистели, а вот участникам было явно не до смеха. От страха у меня начал болеть живот, и нестерпимо засосало под ложечкой. Я замерзла, тело била мелкая противная дрожь, может, из-за утренней свежести, а может, из-за того, что я боялась до потери сознания. Предметы расплывались перед глазами, а все люди, что присутствовали здесь, превратились в одно чавкающее, безумно кривляющееся лицо, которое, казалось, глумливо открывало рот и что-то пело... Песнь смерти?
Но, с другой стороны, зачем бояться раньше времени? Будь, что будет. Если я выживу, то стану сильнее, и клянусь, что отпраздную победу! А если вдруг уйду в свет, то больше ничего плохого со мной не приключится, не будет больше ни болезни, ни страха, ни ночных кошмаров... Как ни крути, а плюсы есть везде!
От этих успокаивающих мыслей сразу стало полегче, и я даже немного воспряла духом. Тем более, если я сейчас боюсь, то становлюсь слабее от этих дрянных мыслей, а стоит преодолеть свой страх, то мои шансы на выживание увеличиваются.
Интересно, а что сейчас творится с Фенном и Зевраном? О чем они думают?
Я покосилась на Зеврана, но по его внешнему виду ничего нельзя было понять. Своих внутренних демонов он прятал слишком хорошо, уж куда лучше, чем я. Разве что лицо у него было бледнее, чем обычно. Толстяк, наоборот, не шел, а еле полз, точнее, его практически на руках тащил наш рыжий тюремщик, то и дело встряхивая на ходу. На лице Фенна застыло выражение первобытного животного ужаса, похоже, он не совсем понимал, что с ним происходит.
Мне вдруг стало его жаль, скорее всего, он умрет сегодня, это словно у него на лбу написано. Фенн, не начав игру, уже проиграл ее. Боги, как же тяжело идти на арену! Я так боюсь... Тем временем, Лотарио дернул меня за рукав, и, отведя в сторону, горячо прошептал:
- Первым идет Фенн, он - дохляк, и я на него не ставил ни гроша. А вот потом идешь ты! Будь любезна, не подведи меня, а то если я проиграю... Хотя тебе тогда уже все равно будет! Но все же, малышка, не подставьте меня со своим дружком! Большинство тех, кто выйдет сегодня драться против вас, смешно считать помехой, но вот есть там один... звать Ригам, вот он - настоящая заноза в заднице, заставьте заткнуться этого урода! Твоему парню, я ничего не скажу, вряд ли он послушается, а вот ты... В общем, расскажешь ему сама. Да, и еще, вы принадлежите к одному лагерю, и вас не будут ставить друг против друга, так что с Зевом тебе драться не придется. - Он отпустил меня и сел на скамью, рядом с каким-то тучным стариком.
Надо сказать, что всех учеников, участвовавших в схватках, делили на две команды, или два лагеря, которые условно назывались: лагерь Светлых и лагерь Темных. Мы с Зевраном оба попали в лагерь Светлых, а это значило, что по существующим правилам, самое страшное нам уже не грозило: нас не заставят друг друга убивать.
Ребята из лагеря Темных, против которых нам предстояло сражаться, казались мне куда более рослыми и опытными, чем мы. В лагере Светлых, помимо нас, оказались еще какие-то тщедушные подростки, также вынужденные следовать зверским правилам гильдии, но мы с ними имели мало общего.
- Ой, вот это противник, ты только глянь на него! - Толкнул меня локтем эльф, - Чую я, с ним будет трудно справиться...
- Лотарио предупреждал, что это самый опасный тип из сегодняшних Темных, - Ответила я и поежилась.
Ригаму было лет пятнадцать, не меньше, он стоял с молодыми состоявшимися убийцами и весело обменивался с ними шутками. Его светлые волосы были завязаны в хвост, а одежда, не в пример нашей, была новой и красивой. За спиной у него поблескивал блестящий меч.
Все преимущества были явно на его стороне, но почему его ставят против новеньких? Этот парень всех нас, шутя, покрошит в капусту.
- Вот ваше оружие, выбирайте, что нравится! - приказал распорядитель, чем нас безмерно удивил: как я уже говорила, обычно в качестве оружия для таких боев ученикам выдавали маленькие кинжалы и неудобные боевые серпы... А тут столько всего... Значит, бой будет очень серьезный. Видимо, сегодня, наши главари хотят поразвлечься как следует, и на кону большие деньги... Я взяла изящный стальной меч, работы гномьих умельцев (и откуда он тут взялся, интересно?) В дополнение к нему я выбрала смертоносный кинжал Воронов. Зев предпочел длинный кинжал и превосходный антиванский клинок.
Если честно, то он смешно смотрелся с этими штуками за спиной, сам маленький, а оружие большое. Фенн схватил огромную секиру. То, как он кинулся к ней, не могло не вызвать улыбку: бедняга очень переживал, чтобы кто-нибудь его не опередил! Неужели он действительно считает, что чем больше оружие, тем оно лучше?
Распорядитель нетерпеливо махнул рукой:
- Первый, на выход! Да, ты, толстая задница! Мигом на помост!
Зевран хотел было вырваться вперед, чтобы попросить боя с Фенном, но я вцепилась ему в плечо:
- Не вздумай! Пусть его убьет Ригам, а не ты! Не надо! Иначе придется еще и с Ригамом драться, а его ты не сможешь победить! - Эльф обернулся, - Ты хочешь, чтобы я спустил ему обиду? - Его губы дрожали, а глаза сверкали от ярости. Пришлось применить всю силу убеждения:
- Да! Он все равно умрет! А если ты оскорбишь тем самым этого бойца, он найдет случай отомстить тебе! Не лезь! И Зевран промолчал, он внял моим словам, слава богам, что мои доводы оказались достаточно убедительными.
Все зрители обратились во внимание, когда несчастного предателя, с лицом белее бумаги, выпихнули за оградку, где его уже терпеливо ждал Ригам, поигрывая своим острым мечом. "Он так спокоен... неужели так поднаторел в драках?" - Пронеслась в моей голове мысль, и тут же упорхнула.
- Ну что за трусливый кусок мяса вы мне подсунули? - Чуть ли не зевнул юноша, скучающим взглядом оглядывая соперника, - Такого и убивать-то позорно... В этот момент Фенн был похож на испуганного кота, увидевшего здоровенную собаку, весь напрягшийся, он так крепко сжимал в руках секиру, что костяшки пальцев побелели.
- Нападай! - приказал Ригам и облизнул губы в ожидании атаки. Фенн побежал на него и попробовал перерубить парня пополам, но тот неожиданно легко увернулся и отошел в сторону. Потом дотронулся до своего лица и брезгливо поджал губы:
- Я же говорил, тупые дети... Следующего!
Его противник остановился и прижал свою руку к боку. Посмотрел на нее, будто увидел впервые, пальцы были залиты кровью, льющейся тугими толчками из зияющей раны. Без слов Фенн упал на землю и теперь уже бесполезная секира, зазвенев, упала на доски...
Мне стало плохо, и я едва удержалась на ногах. Все, конец. Нам не справиться с его мастерством, мы мертвецы.
- Ригам! Ты уже сделал свое дело! Иди, отдохни! - Крикнул со своего места тот самый бородач, который в свое время присутствовал на нашем первом "медосмотре" - Пусть и другие поиграют! - Светловолосый подросток поклонился:- Рад вам угодить... - И, вытерев меч об одежду убитого, неспеша удалился с места боя. Я перевела дух, - слава богам, он ушел!- и приготовилась к своему выходу.
Откровенно говоря, первый бой был для меня словно во сне. Моей соперницей была какая-то девчонка, что совсем не умела клинок в руках держать. Я легко ее положила двумя ударами меча. И, не веря тому, что убила ее, долго смотрела на бездыханное тело, пока меня не увели с арены силой.
Зеврану достался парнишка лет десяти, неплохо управлявшийся длинной саблей, которой он ухитрился оцарапать нашего эльфа, но Зевран, проявив неплохую реакцию, все же убил его.
Потом еще пара заключительных поединков, и все закончилось. Мы вновь выжили. Отчаянно хотелось жить и дышать прохладным воздухом, насыщенным запахом цветов и распаренной земли. Кроме нас троих остались еще трое из лагеря светлых. Вся наша компания едва могли стоять, когда нам разрешили наконец-то уйти.
Лагерь темных тоже понес значительные потери при помощи наших клинков. Раскаяния от убийства таких же неудачников, как я, не было, только идти было трудно, словно кандалы надели, а во внезапно заболевшей голове словно стучали молоточки. Было глубоко наплевать на победу, на то, что в этот раз я выжила, ведь завтра мне может попасться какой-нибудь Ригам, и взмахом своего блистательного меча сделать из меня две половинки. Внезапно стало нехорошо, и я почувствовала, что падаю. Земля закрутилась в бешеной пляске, и все потемнело перед глазами.
Когда я пришла в себя, то увидела, что рядом сидит Лотарио и обеспокоенный Зевран. Рожа у нашего наставника довольная - предовольная. Он сообщил:
- Вы, детки, мне много денег принесли! Никто и не надеялся, что вы перебьете так много соперников. Я вами горжусь! А что касается того сопляка, то я и не ожидал от него иного... Удачи! - Он дружески хлопнул меня по ноге и ушел из комнаты.
По лицу Зеврана гуляла рассеянная улыбка. Он признался:
- Буду честен, я испугался, что тебя ненароком ранили, и ты, в горячке боя, не заметила этого. Но нет, это просто шок от пережитого, по крайней мере, так Отто сказал. Я так рад, что мы выжили! А что касается тех, кто помер от наших рук... На их месте могли быть и мы, так что не думай о них.
Я приподнялась на локте:
- А что Отто сказал, когда узнал о смерти Фенна? - Ничего он не сказал, просто завел себе нового любовника. Ты же знаешь: тут никто ни к кому не привязывается... Лотарио нам поесть принес, в честь того, что ставку выиграл. Хочешь?

Мои родители...Я упоминая о них, говорила, что память стерта и я не помню их лиц, словно кто-то старательно замазал их на картине моих воспоминаний. Иногда что-то снилось из прошлой жизни, но все было так туманно, что я ничего не помнила наутро, а моя подушка была мокрой от слез. Но у меня был секрет, и про него никто не знал, все держалось в тайне даже от Зеврана.
Этой тайной была моя старшая сестра .Я не знала где она и что случилось с ней дальше. Нас разлучили в приюте, шесть лет назад.
Но мне всегда хотелось ее найти. Поговорить с ней или даже просто поглядеть. Я надеялась что ее судьба сложилась лучше и девочке повезло больше чем мне. Что она понятия не имела, что такое обучение по-свойски, бессмысленные убийства , что мир моей сестры был без тех условностей и страха, которые так рано, пришлось испытать мне...
Нас вместе с ней оставили у ворот приюта, одинокими и брошенными. Тогда шел сильный дождь и было очень холодно . Кто оставил нас? Я не помню, но помнит наверное сестра. Она держала мое слабое тело на руках и согревала дыханием, мои озябшие руки...
Нас с Зевраном перевели во взрослый корпус, где жили подростки постарше. И там началась новая жизнь, полная страданий и унижений. Место где мы жили до этого было просто раем земным по сравнению с новой обителью.
Да и пожалуй, ни скверное отношение к новичкам, ни постоянный надзор, не пугали так сильно как надзиратель имя которому было Олоферн. За малейшую провинность он жестоко избивал, и все его приемы обладали оттенком редкостного и гадкого унижения, бившего по самым больным местам. Ни Нобен, ни Лотарио не были столь жестокими или по-крайней мере не показывали себя с такой стороны...
Олоферн. Как же все юные воспитанники боялись одного только его имени! Про него ходило немало слухов, что он убил нескольких учеников, предварительно измучив до смерти. Садист. Запах крови и крики жертв мучений приводили его в неописуемый восторг, а глаза, бездонные похожие на черные трясины болот, сладостно сужались, когда знаменитая плетка с которой он не расставался, рассекала чью-то спину.
Но самое страшное было то что в подростковом корпусе, он был за старшего. Большая шишка и главный над остальными. Никто не смел перечить ему, ибо он мог ударить даже отъявленного убийцу. А почему? Да потому что он был братом, одного из наших главарей. Тех самых, что были недоступны для простых учеников.
Поэтому мы с Зевраном, совсем не обрадовались когда нас из более мягкого во всех отношениях места перевели под начало этого демона.
Идя в свою группу, мы тихонько болтали о своих делах, когда впереди замаячила высокая фигура. Коридорчик был узким и не было никакой возможности прошмыгнуть незамеченными.
Вмиг умолкнув, я и эльф напряжено прошли мимо , почти вжимаясь в стену. На наше робкое приветствие, человек ничего не ответил, а лишь проводил нас долгим взглядом.

В той комнате, где нас поселили, я с недоумением увидела старого знакомого: Ригама. Того самого подростка, что так легко убил Фенна. Он сидел на кровати, скрестив ноги и читал книгу. Нас он не удостоил своим вниманием.


Ну и не надо. Мне такое соседство не пришлось по душе, и судя по недовольной мине Зеврана, ему тоже. В помещении присутствовал еще один светловолосый паренек. По его мягкому взгляду ясных голубых глаз и приятным манерам, я поняла, что он тут недавно. Имя было ему Льок, красивое и звучное что дала ему бабушка.



Вояка из него был не ахти, но он против воли попал сюда, когда его единственная родственница умерла. Сосед давно положивший глаз на мальчика, продал ребенка Воронам и так он очутился тут.

Мы были все примерно одного возраста и быстро подружились. Ригам же не разговаривал, а только молчал или тренировался, словно он не знал что можно иногда и беседовать с соседями по комнате. Но с другими он вполне охотно обменивался шутками и даже смеялся.

Но тень набегала на наше мирное соседство когда Льок умевший красиво петь и сочинять стихи, уходил вечерами в сопровождении кого-то из воспитателей. Его лицо сразу каменело, а в зрачках плескался ужас, и кто-то из взрослых сообщал пряча усмешку, что " господин доктор, хочет видеть его для персонального осмотра"...Очень желает. Мы с Зевраном знали, что это за осмотр, и что прячется под благонравной заботой о здоровье рекрутов.

После всего мальчик приходил заплаканный и молчаливый, и это состояние сохранялось надолго, словно он был под действием каких-то дурманящих трав. Но мы опять расшевеливали его и он вновь улыбался, но ненадолго...До нового осмотра.

- Ринна, ты в курсе, что Отто проделывает с Льоком? - Как-то раз спросил меня эльф. Светло-карие глаза были в упор направлены на меня. Он знал, что я тоже все понимаю, но молчу.

- Зачем ты это спрашиваешь? Нам все равно не потягаться с лекарем. Он просто может заткнуть нам рты...Да ты и сам знаешь, что такие отношения у Воронов дело обычное...- Не хотелось признавать, что я боялась встревать в такие дела.

Зевран некоторое время молча теребил свои волосы, и вздохнув сказал:

- Да обычное...Скоро и мы попробуем это...Но я по-крайней мере знаю, что такое секс. А ты знаешь? Может мне тебя поучить кое- чему?

Я рассерженно пробурчала: - А может это мне тебя поучить? Конечно, знаю!

- Да не кипятись! Просто девчонки такие щепетильные в этих вопросах, ну так что насчет обучения?

- Отвали. - Отмахнулась я.

На следующий день Льок долго пел нам старинные песни, его голос звучал как хрустальный колокольчик. Но песню оборвали на ходу, в комнату вошел Олоферн, заставив нас вздрогнуть при его появлении. Змеиные глаза наемного убийцы, прошлись цепким взглядом по комнате, по нашим застывшим лицам и наконец остановились на враз побледневшем Льоке:



- Хорошо поешь пташка...Пойдем, тебя ждет наш доктор, он соскучился по тебе...Иди же развлеки его своим славным голоском...- Наемник сверлил взглядом мальчика, в голубых глазах которого, читался непередаваемый ужас.

- Идем же! - Рявкнул мужчина и схватив его за локоть, рывком стащил с постели. - Каждая минута промедления , будет дорого тебе стоить! А вы что уставились? Или дел нету? - Олоферн загоготал - Пошли щенок!

Омертвевшего Льока увел этот дракон. Оставив нас смотреть им вслед...Неожиданно Зевран кинулся к своей кровати и полез под матрас. Свое личное оружие держать пока мы не прошли посвящение запрещалось, но Зев который плевал на все правила, украл где-то кинжал.

- Ты чего? - испугалась я - Зачем тебе это?

- Льока опять увели! - Раздраженно заявил он, - А потом и нас так таскать будут! Ты видела какие у этого урода безумные зенки? Как у больного!

- Но Зевран! Если тебя поймают, то наличие оружия никак не смягчит твою участь...- Я попробовала остановить его, но куда там! Он лишь махнул рукой, выбегая за дверь.

- У тебя липкие руки! К ним липнет все подряд...- Сердито процедила я ему вслед.

Прошло минут десять, а я сидела как на раскаленных гвоздях. Что там присходит? Или не идти? Мой разум твердил, что надо остаться, но сердце настойчиво влекло туда, куда не стоило соваться.

Дергаясь, то вправо, то влево, как тевинтерская кукла-болванчик, я все же пришла к компромиссу. Короче иду на разведку и не вмешиваюсь в события. Да и куда там Зев пропал, нужно проверить. Но предстоял вечерний обход. Подстрахуемся на всякий случай...Через пять минут я удовлетворенно посмотрела на свою работу. На кроватях удачная имитация человеческих тел, не догадается никто, если конечно не станет проверять.


Насчет постели Льока я не переживала. Вороны знают, что парня часто нет на месте. Потихоньку прокравшись из комнаты, и оглядевшись по сторонам, я убедилась, что все в порядке. Но когда мимо меня спрятавшейся в нише у стены, прошла пара наших воспитателей, оживленно обсуждавших что-то, я замерла как мышь под метлой.

Вот они остановились и заглянули в нашу комнату, еще секунда и со смехом пошли дальше. Переведя дух, слава богам! Не попались! Поспешила в кабинет к доктору. Но вот еще маленькая проблемка, как бы незаметно попасть в святую обитель?

Ага! Есть же вентиляционное отверстие, по нему можно залезть и посмотреть...Но где же Зевран? Куда он запропастился? Подойдя к двери, прислушалась. Странно. Ни звука, словно все пропали куда-то. Ладно, полезли через решетку...

Подойдя к отверстию в стене, то и дело испуганно вертя головой, попробовала ее отогнуть, но нет! Сидит намертво! Что же делать? Вдруг чья-то рука, накрыла мой рот и зажала его, некая личность оттащила в сторону, увлекая прямо в комнату лекаря. Я дернулась, но незнакомец, лишь сильнее прижал меня к себе, а потом резко развернул к себе. Зевран!

- Ты зачем пошла за мной?- Шепотом поинтересовался он - Я чуть не запоролся!

- Что? - Не поняла я .
- Тихо! Лезь сюда! Быстро! - Он толкнул меня за тяжелую бархатную портьеру, затем юркнул сам. И вовремя, как только штора перестала колыхаться, в кабинет вошли трое. Так, двое это лекарь и еще кто-то , тащат безвольную фигурку...Льок! А кто второй?

Отто пихнул мальчика на софу и с довольным видом, сообщил:


- Слава создателю! Наконец-то помыли!

- Да, басом ответила вторая фигура - Банька еще та была...Он и не сопротивлялся...Олоферн!

Нам из-за портьеры было отлично видно весь кабинет, а вот нас же наоборот скрывала густая тень.

17:43 

Память Ворона

Память Ворона

главная